но жара сменяетсяNприятной теплой погодой.
Пэрси начала догонять своихNодноклассников и даже обгонять их.
Она сама былаNудивлена своим успехам.
А мы не удивлялись. Мы не успели понять, чтоNкончилось лето, как внезапно пришла зима.
Мы даже не заметили, как бутылки винаNнам стало хватать на несколько дней.
И это было удивительно.
Господи! Ну этим креолам
кто-нибудь мог сказать, что вNЛуизиане бывает такая штука, как зима?
Ну, ты бы могNсправиться с этим упущением,
рассказав им о таком крутом новомNизобретении, как тепло.
Пэрси, лапочка, а кудаNты положила бутылку водки?
А ты мне сказал ее спрятать.
Ну да. А куда ты ее спрятала?
А ты мне сказалNтебе об этом не говорить.
Черт возьми, ты ведь не делаешьNмногое другое из того, что я говорю.
Лоусон, Бобби опять требует у меняNвыдать место, куда я спрятала водку.
Пэрси, но ведь сегодня Рождество.
Черт с вами.NОна за лестницей на заднем дворе.
И клянусь, сегодня твоя очередьNзаниматься стиркой.
Не забудь насыпать порошка изNфлакончика с медведем.
Но ты ведь не девственница, правда?
Знаешь, некоторые назвали бы тебяNмерзким старикашкой
за твои постоянные приставания.
Ну, более точно,N<<грязный старикашка>>, а не мерзкий.
А ты молодой расцветающий бутон.
Позволь же мне вести себяNсоответственно описанию.
- Так ты не девственница?N-А ты девственник?
-У меня есть дети.N-А почему ты с ними никогда не встречаешься?
Это хороший вопрос.
Но ты еще не ответила на предыдущий.
Ты знаешь, я хоть раз хочуNпоговорить с тобой серьезно.
По правде говоря,Nя хотел бы их снова увидеть.
Я по ним ужасно скучаю.
Знаешь, я всегда думала,
что, если кто-то хочет увидетьNсвоих детей, он это обязательно сделает.
Если детям это не по фигу.
Ну, а ты? Ты помнишь мать?
Помнишь те времена,Nкогда ты с ней жила?
Нет, почти не помню.
Я пыталась вспоминать ее.
Ну хоть что-нибудь.
Хоть что-нибудь.
Я хотела вспомнить ее голос,
ее запах,
ну хоть что-нибудь.
Я много думала и пыталась вспомнить.
А воспоминаний не было.
И я начала их придумывать.
Как будто она красила глаза иNговорила со мной сквозь зеркало.
И говорила со мной сквозь зеркало.
А еще я говорила всем,Nчто именно она
делала мне жареный сырNсо срезанной корочкой.
У меня была целая коллекция такихNпридуманных воспоминаний.
Моим любимым воспоминаниемNбыла придуманная история о том,
что она взяла меня на одноNиз своих представлений,
и я сидела за кулисамиNс каким-то приятным человеком,
который дарил мне фото Ширли Темпл.
Я так много напридумывала,Nчто даже сама поверила, что помню ее.
Но она так никогда ко мне и не приехала,
и я постепенно все снова забыла.
А новые историиNя больше не придумывала.
Хо-хо-хо!
Это настоящее дерево?
Господи, и где ты его взял?
- Оно упало с грузовика.N- Черта с два.
Ну, это могло быть и чье-то <<Вольво>>.
Его надо поставить вот сюда,Nчтобы все его видели.
- Точно.N-Лоусон, а где белье из стирки?
- Черт.N-Лоусон...
Я помню день, когдаNя перестал быть протеже
и стал доверенным лицом.
Он никогда не планировал позволитьNмне узнать все его секреты.
Он просто наслаждался таинственностью,Nего окружавшей.
Но как только я узналNпервый из его секретов,
весьма скоро их большеNдля меня и не осталось.
Я сидел на задних ступенях лестницы,Nкогда увидел его униформу,
свеженакрахмаленную рубашкуNцвета пасхального яйца
и эту его чертову шляпу.
Он уверенно шагал по территорииNуниверситетского городка.
Все в его внешности отражало готовность.NЯ Томми, следуйте за мной.
Очень похоже на тебя.
Он почти прошел мимо меня.
"Классная шляпа", - сказал я.
Что вызвало на егоNлице фирменную улыбку.
Ею он награждал всех женщин,Nкоторые попадались ему на глаза.
Ею он отвечал наNвсе неприятные вопросы.
Ею он одарял своих детей,Nкогда они тянули к нему руки.
Очень хорошо.NНо последнее предложение
как-то не ложится.
Не ложится.
Я думаю, они все никуда не годятся.NПотому и висят на этой чертовой елке.
Нет, оно нормальное,Nно как-то не очень.
Томми зашагал через две ступенькиNвверх по лестнице.
Казалось, что шел следующийNвеликий сын Юга.
Я был одним из сотен студентов,Nприходивших с религиозной тщательностью
дважды в неделю на завораживающиеNлекции профессора.
Каждая из лекций былаNпохожа на представление.
Томми стоял перед аудиторией и словноNраскручивал руками невидимое лассо.
Ты знаешь, сравнение с семафором
- мне нравится больше. Я думаю...N-А мне нравится сравнение с лассо.
Тогда, много лет назад, он большеNдоверял моим суждениям.
Много лет назад тебеNбыло проще верить.
Никто не способен станцеватьNалабамскую джигу
лучше Бобби Лонга. НоNэта маленькая девочка умеет двигаться.
Ну почему ты неNрадуешь нас так всегда?
А что мне за это будет?
Чистая, незамутненная радость.
Убери свои бесстыжие глазаNот нашей девочки.
Что? Она меня не любит.
Тебе ведь больше нравится Лоусон? А?
Правда?
Ты пьян.
Знаешь, что...NДа, я пьян.
Но это ничего.NЛоусон отведет нас домой.
Не сегодня. Сегодня он мой.
Ты уже сказал им новость, дорогой?
-А?N- Мы вот подумали, что
после праздников он мог бы переехатьNко мне и поработать.
Ну да, мы об этом говорили.
Лоусон тебя не любит.
Бобби, но ведь это неNтвое собачье дело.
Я видел его с женщиной, о которой он доNсих пор не может забыть.
С женщиной, вошедшейNв каждую частичку его существа.
Женщиной, поглотившей все его мысли
и превратившей его вNсимвол одержимости и верности.
Шрамы от этой любви на моем лице.
Ты ей рассказывал об этом?
Объяснил ей разницу
между большой любовьюNи теплой койкой?
Рассказал?
Не надо на нее наезжать.NЯ ведь сам-то не сказал,
- что куда-то переезжаю.N- Я правду говорю.
Только правду. Эта женщинаNзаслуживает того, чтобы знать правду.
А ты волен поступать так,Nкак хочешь.
Я волен? Я правда волен?
По такому случаю, я кое-что хочу сказать,
раз уж у нас тут такой праздникNлюбви и дружбы.
<<Друг или враг, я тебя вызываю на бой.
Ты, именно ты, с монеткой в носке.
Ты был моим другом,
узнавшим мой великий секрет
и с видом победным солгавшим.
Сердце мое расколовшим.
Хоть я и любил его, и за егоNнедостатки и за его достоинства,
мой друг был моим врагом,
чья голова была затуманенаNоблаком хитрости>>.
Браво, приятель.
Ну, а теперь будь добр объяснить,Nчто же ты, черт побери, хотел сказать.
Что, каждое слово из уст твоихNдолжно браться в кавычки?
Или фишка именно в том, чтобыNказаться кем угодно, кроме самого себя?
Ты хочешь сказать,Nчто ты во мне разочарован?
А может быть,Nэто я разочарован в тебе?
Знаешь, я ведь никогдаNне вызывался писать твою чертову книгу.
Это ведь мое наказание,Nмой выкуп тебе. Так ведь?
И разве я не расплатился?
Ведь девять лет прошло.
Извини. Извини, черт побери.NИзвини.
Это был Дилан Томас.
<<Кому-то, помимо тебя>>.
Это просто.
Спокойной ночи, Бобби.
Черт.
У тебя все нормально?NМожно войти?
На этот раз ты решилNдовести дело до конца, да?
Лоусон собирается оставить меня.
Я всегда знал, что так будет.
Я это заслужил.
Я умру в одиночестве.
Он не уйдет. Не уйдет.
- Нет, уйдет.N- Нет, он всегда будет с тобой.
Он порезал мою повесть на полоскиNи развесил их на рождественской елке.
Боже, я описался.
Ладно, давай попробуемNдобраться до постели.
Да.
-Давай же.N- О, боже.
Да...
Холодно, правда?
Как он?
По-моему, он писает кровью.
Черт. Я видел,Nчто он сегодня сам не свой.
А врачей боится.
Это, наверное, какая-тоNбактериальная инфекция.
Ты собираешься съехать?
Нет.
Ты ее любишь?
Нет.
Она приятная женщина.
Ну да.
Ты о нем беспокоишься?
Да.
А что же произошлоNна самом деле, Лоусон?
Когда я встретился с Бобби,Nон просто по облакам ходил.
Творил, что хотел, но красавица-женаNи дети не покидали его.
Студенты его обожали.
Руководство и преподаватели ненавидели.
Женщины боготворили.
Он был так уверен в моей реакции,Nчто, боже ж ты мой,
я даже немного в него влюбился.
Мы все время где-нибудь зависали.
И как-то раз я встретил женщину,Nна которой хотел жениться.
А ее подружка крепко запала на Бобби.
Он начал проводить с намиNбольше времени, чем дома.
Однажды вечером у его младшего сынаNбыл матч в школьной лиге по бейсболу.
Билет был на два лица.
И я убедил его, что перед игройNнеплохо было бы выпить с девчонками.
Я сказал, что потом пойду с ним.
Он все повторял, что должен идти.
За первой рюмкой последовалаNвторая, потом третья.
А потом этот идиот,Nплемянник декана,
вошел в нашу комнату и заявил,Nчто спит с моей подружкой.
И об этом знают все, кроме меня.
Я погнался за ним.
Он врезал мне сбоку.
Бобби влез в драку, и этот ударNразворотил ему все лицо.
Бобби словно с ума сошел.
Он отметелил этого парняNдействительно серьезно.
Было уже довольно поздно.
Я знал, что Бен будет его ждать.
Но когда мы добрались до стадиона,NБена там уже не было.
Там уже никого не было.
Его нельзя было оставлять одного.
Он был всего лишь маленьким мальчиком,Nа на улице было так темно.
А на той чертовой дорогеNбыло столько сумасшедших водителей.
Его просто не увидели на дороге.
Он был такой маленький.
И, боже ж ты мой, он большеNвсех детей любил своего отца.
Джульет та сказала, чтобы Бобби уходил из домаNи никогда туда не возвращался.
Она сказала, что ей нуженNмужчина лучше него.
Вот так вы сюда и попали?
Нам показалось, что это неплохое место,Nчтобы писать здесь книгу.
Оно было далеко от дома,Nздесь хорошие университеты.
Бобби мог бы начать все заново.
Я счел, что должен быть с ним.
Ведь, если бы не я,Nто в ту ночь, быть может,
ничего бы и не произошло.
А здесь...NЯ даже не знаю, что произошло.
Может, мы читаем слишком много книг.
Может быть...
Тебе пора спать.
Завтрак в постель.
Спасибо, мэм.
Есть новости о Бобби?
Нет. Может, его разбудить и узнать?
Дай мне вон ту рубашку, пожалуйста.
Спасибо.
Чудная шапочка.
Вставай старик.NТебя надо бы к доктору отвезти.
И сними эту штуку со своего конца.
Тебе-то что?NТы ведь рукопись на части порезал?
Но это не значит, что моейNкнигой можно подтираться.
Ну, я хотел почитать что-нибудьNприятное о себе самом.
Нашел?
Не совсем.
Я не хотел вмешиватьсяNв твои отношения с Джорджианной.
Я тоже не имел в виду то, что сказал.
Бог ты мой.
Прошлая ночь, как в тумане.
Я не помню, что мы говорилиNдруг другу. И даже вспоминать не хочу.
Ну, давайте!
Отлично! Подарки! С Рождеством!
В тот вечер этот домNбыл домом для всех нас.
Мы оба знали,Nчто надо сказать ей правду.
Но каждый новый день казалсяNнеподходящим для этой цели.
А Рождество -день, когдаNтак хорошо, как бывает только в сказках.
В предрождественскую ночьNи Бобби, и я вспомнили о том времени
наших желаний,Nкоторые мы пытались забыть.
Было так приятноNпредаться воспоминаниям...
хотя бы ненадолго.
Я так довольна.
- Я тоже.N- И я.
Хорошо бы снег пошел.
- Я тоже хочу снега.N- И я.
Мне и дождь нравится.
- И мне тоже.N- И мне.
Давай, старик.NТы должен пописать.
О, господи, ну не могу я мочиться,Nкогда ты так на меня смотришь.
- Я тысячу раз видел, как ты писаешь.N-А сегодня я стесняюсь. Ладно?
Писай прямо сейчас.
Господи, но ведь, может,Nу тебя ничего и нет?
Черт. Ну я и так на свете зажился.
Моча холодная и светлая.
У меня в моче ничего нет.
Да прямо таки. Не ври мне.
Немного розовая.NВ общем, к врачу я не пойду.
Лоусон, у тебя ещеNостались твои рассказы?
Ты еще не все их сжег и изрезал?
У меня последнее сочинение по английскому.NЯ должна что-нибудь написать
и прочитать перед классом.
Исключений не будет. Вот.
Черт!
Ну, с английскимNу тебя вроде все в порядке.
Ну, я нормально читаю.NНо не пишу.
-А что это за хрень на тебе надета?N-А тебе-то что? Это вещь Лоррейн.
У тебя ее вещи просто лежат и пылятся.
Ты лучше ночью замерзнешь,Nчем натянешь мамину одежду.
Этот халат и та, что его носила до меня,Nстоят сотен людей, которые их не ценили.
Что-то не так?
- Ты ей все скажешь?N- Что?
Бобби надо отвезти к доктору.NОн все еще мочится кровью.
Мы уже несколько недельNэто откладываем.
Хорошо.
Надеюсь, ты хотьNтрусики-то женские не надел?
А как же, надел.NОни приносят удачу.
Кроме того, они меня все равно разденутNи выдадут эти свои штуки с завязками.
Ну, а конец мой все вроде видели.
И это правильно.
Весь город только и мечтает о том,Nчтобы увидеть твой конец.
-Ага. И мою задницу.N- Пошли.
И что я тебе говорил?NЗадница обвязана какой-то стрункой.
Ух, ты!
А где Бобби? Я ему сделалаNего любимое мясное блюдо.
Сказали, ему надо остатьсяNсдать еще нескольких анализов.
-У него все нормально?N- Врачи считают, что да.
Они просто должны осмотретьNего большой палец на ноге.
Ну, тогда ты можешь пригласитьNна обед Джорджианну.
По-моему, она работает.NА что, есть повод, и я о нем не знаю?
У меня свидание.
Правда? Это первое.
Я пришла к выводу,Nчто пора жить нормальной жизнью.
Я рад слышать.NУ тебя новое платье?
Да. Скажем так.
Знаешь, Бобби прав. Нет смысла в том,Nчтобы костюмы Лоррейн
собирали пыль в шкафу.
Она действительно была миниатюрной.NТы бы видел, как я пыталась застегнуть это.
Главное, проследи за тем,Nчтобы оно так застегнутым и осталось.
Лоусон, я большая девочка.NПричем, уже довольно давно.
Эй, это заявление на сдачу единогоNгосэкзамена по школьной программе?
Ну да. Наш консультант по профессиональнойNориентации выдала мне ее. Я ее выброшу.
Что? Если ваш консультант по профориентацииNдумает, что с твоими оценками можно
поступать в колледж,Nты будешь поступать в колледж.
Обучение в колледже стоит денег.
Есть такая вещь, как финансовая помощь.
Мне, наверное, пора.
Наверное.
Ну, я пошла.
А разве он тебя не заберет от дома?
Нет. Я с ним где-то в городе встречаюсь.
Знаешь, ты бы лучше не ходила с трамвайнойNостановки домой вечером одна.
Позвони мне в бар.
Нет, я машину поймаю.
И потом, вам бы с ДжорджианнойNпровести вместе побольше времени.
Ты там не бывал с Рождества.
Ты сказала, что хотела бы узнатьNбольше о музыкальной жизни
Нового Орлеана. Я подумал,Nне начать ли нам отсюда.
-А я его знаю.N- Правда?
Привет, солнышко,Nа что ты здесь делаешь?
Мой друг Син привел меня сюда.NСин, это Джуниор.
Рад вас видеть. Я бывал на вашихNвыступлениях. Вы здорово играете.
Правда, классно. Очень.
Как получилось, что я не знала,Nчто ты такой крутой саксофонист?
Я... Я теперь нечасто выступаю.NЛегких не хватает.
А как там Бобби?
Лучше, чем можно было бы подумать.
Опять сидишь без дела, а?
Тайни, я хотел бы тебяNкое с кем познакомить.
Это не может быть таNмиленькая девчушка Пэрслин!
- Ты меня помнишь?N- Нет. Извините.
Когда твоя мама выступала здесь,Nона сажала тебя вот на этот стульчик.
Ты была такая прикольная.
Моей обязанностью было обеспечиватьNтебя фотографиями Ширли Темпл.
Помнишь?
Ну да, с Джуниором.NОн тогда подыгрывал Лоррейн.
Ты ведь играл в оркестре?
Ну да, Лоррейн и ДжуниорNбыли тогда нашими звездами.
Когда были в состоянии не мерцать.
Ну что, маленькая Перслин,Nа сейчас ты вернулась
и решила встретитьсяNсо стариком Тайни?
Фотографии Ширли ТемплNза счет заведения. Ну!
Еще увидимся.
Ты, действительно,Nаккомпанировал Лоррейн?
Да, конечно. Ей тогда многиеNаккомпанировали. Это было...
В общем, так оно и было. Одно времяNя и Лоррейн были очень близки.
Я даже помню, когда онаNпоследний раз надевала это платье.
На тебе оно смотрится также красиво.
Двадцать... Двадцать один.NПроверка звука.
Мне пора.NРад, что ты пришла, милая.
Пора.
А почему ты мне не сказала, чтоNтвоя мама была певицей? Это круто.
Не знаю. Это было давно.
Хочешь, я закажу выпить?
Господи, ты что,Nтак хочешь вернуться домой?
Да, если толькоNя не надоел тебе и Пэрслин.
Наконец-то ты нас разоблачил, да?
- Что сказали врачи?N-У меня почечная инфекция.
Они выписали мне какое-то лекарствоNи сказали, что с выпивкой надо завязывать.
А что по поводуNбольшого пальца на ноге?
Грибок. Словил где-то.
Счастливчик.NВсе будет нормально.
На этот раз обошлось.NА если бы нет?
Что ты имеешь в виду?
Я видел тебя с ПэрслинNнакануне Рождества.
Лоусон, ты с ней спишь?
Нет. Как ты мог так подумать?
Она становится все болееNпривлекательной с каждым днем.
Она превращается в молодую женщину.NВ ней есть изюминка,
а мы оба знаем, что такоеNженщина с изюминкой.
Она еще ребенок, Бобби.
Ей 18. Моей жене было столько же,Nкогда я встретил ее.
Влюбился я с первого взгляда.
Да ничего тогда не было. В туNночь ситуация вышла из берегов,
и, по-моему, она напугалась. Ей простоNбыло холодно и одиноко.
Вот и все.
Я подозреваю, что она у тебяNвсе-таки не единственная.
Помни, она дочь Лоррейн.
- Ты ревнуешь.N- Точно.
Черт, но я столько не стою.
Точно не стоишь,Nчерт тебя побери.
Зима в Новом ОрлеанеNвсегда чувствует себя неуютно.
Вроде как она нежеланный гость,
который приходит ровно настолько, чтобыNвсе поняли, как скучают по хозяевам.
Она уходит ровно в то время,Nкогда все еще в состоянии ее забыть.
Весна! И мы все еще здесь.
А почему бы нам, Лоусон,
не взять бутылку винаNи не спуститься к реке, как прежде?
Что думаешь?
Помнишь девицу, что разрешила намNпосмотреть, как она купается голышом?
Помшишь?NКак ее звали?
Не знаю.NОна, наверное, заново родилась.
Думаешь, мы и наNнебесах будем вместе?
Если мы попадем в рай,Nто туда попадут и все люди на свете.
И уж там я соберуNсвою компанию развратников.
Байрона, де Сада, Хемингуэя.
Со мной одним тебе будет веселее,Nчем со всей этой толпой.
Думаю, да.
По-моему, Пэрси может получитьNфинансовую помощь на образование.
Забудь эти разговоры. Она уедет отNнас в какую-нибудь навороченную школу
после того, как мы ее всему научили.
А мы будем тутNпревращаться в старых уродов.
И любая весна можетNстать нашей последней.
Да, черт побери, я хочу пойтиNна реку прямо сейчас!
Ну почему же ты такой пафосныйNстарый сукин сын, а?
Я хотел бы вдыхатьNвоздух каждого нового дня.
Миг счастья стольNже высок, как и короток.
- Это Роберт Фрост.N- Пошли.
Ты же знаешь, что она будетNскучать по нам, если уедет.
Если она уедет, она уедет навсегда.NЭто конец книги.
Последняя ее глава.NПошли на реку.
Но мне нужен покой и тишина.
Мне надо столько сделать,Nчтобы получить аттестат.
Нам задали написать короткий рассказ,Nпоэму или что-то типа того.
Ничего в голову не приходит.NЯ все провалю.
Я тебя знаю.NВсе будет хорошо.
Ну, пока. До встречи.
Эй, малышка,
я тебя тут весь день жду.
Ли, ты что здесь делаешь?NТы как меня нашел?
Ты хорошо пахнешь.
Ты что, внутрь меня не пригласишь?NЯ всю ночь был за рулем.
И я купил тебе вот это.
Это место похоже на тебя.
Прямо как с картинок в женскихNжурналах, которые ты читаешь.
Я их больше не читаю.NВремени нет.
А кем работаешь? Официанткой?
Я барм...NА, впрочем, это не твое дело.
Не возражаешь?
Ну, дела у тебя, похоже, наладились.
Никаких арендных платежей, да иNсамо место покруче вагончика на колесах.
Чего тебе надо от меня, Ли?
Ты о чем? Я просто приехал, чтобы убедиться,Nчто у тебя все устроится нормально
после того, как отсюда вышибут этихNублюдочных друзей Лоррейн.
- Ты это о ком?N- Об этих парнях, с которыми тебе
- приходилось здесь жить.N- Откуда ты знаешь, с кем я здесь живу?
Какой-то юрист направил тебе письмо.
И ты его, конечно же, открыл.
Их год почти истек.
В конце концов,Nя стараюсь исправиться.
Очень стараюсь. И я оченьNскучаю по тебе. Очень.
В письме говорится,Nчто с первого июля
я единоличная владелица дома.
Я знаю. А ты что, не знала?
Господи! Да эти чертовыNвонючие неудачники
- врали тебе все это время.N- Они не неудачники. Они мои...
И кто же они, по-твоему?
Их нельзя называть неудачниками.NТы думаешь, что я...
Слушай, у меня теперь настоящая жизнь.NЯ хожу в школу...
- Настоящая жизнь?N-Да.
Ты противопоставляешь ее той сраной жизни,Nкоторая была у нас с тобой?
И в настоящей жизни у тебя, конечно, естьNнастоящие мужчины? А?
Мужчины, которые пудрятNмозги наивным девочкам,
- чтобы их не выгнали на улицу?N- Пошел ты, Ли!
Или как? Или их страдания тыNвознаграждаешь еще чем-нибудь?
Да они пользуются тобой, Пэрслин,Nкак пользовались и твоей матерью.
Понимаешь? Пользуются!
-Убирайся отсюда прочь.N- Чудненько!
Я проехал сотни миль,Nчтобы увидеть тебя.
Ты, значит, теперь в школе учишься?
Забавно!
Только запомни:
сорняк всегда останется сорняком,
как бы красиво он не цвел.N- Гениально, Ли! Убирайся же отсюда!
Что происходит?
Она, должно быть,Nубирается или типа того.
Дверь закрыта.NПэрси, солнышко, открой!
Это мы. Пэрси, открой.
Пэрси, ты заперла дверь.NОткрой.
Пэрси!
Черт возьми. Я тебе говорил,Nчто когда-нибудь это случится.
О, нет. Господи, но как?
Пошли. Ей нужно подумать.
Убирайтесь прочь. Навсегда.
Прошло два дня.NЕе что, никто не видел?
Она попросила два дня отгулов.
Все, слежка выдохлась.
Рей говорит, что она приходила домойNрано утром и кому-то звонила.
- Она сдала нас?N- Причем целенаправленно.
Что-то от тебя во всем этом делеNособой поддержки не видно.
Ты ведь у меня сейчас живешь, да?
А то смотри, валиNна все четыре стороны.
Я могу все попробовать исправить.
Завтра она пойдет в школу.
Я поставлю будильник,Nвстану пораньше,
перехвачу ее по дороге, поговорю
и попробую утрясти ситуацию.NЯ попробую...
А будильника у нас нет.
Радость моя. А мы тебя тут ждем.
Как тебе?
Это твои любимые цвета.
И знаешь, кто нам помогал?NРэй, Айк и даже Эрл.
Ну, это, наверное, повысит ценуNдома при продаже. Спасибо.
Не знаю, зачем тебеNтак рано уезжать.
Мы с тобой можем остаться друзьями.NЯ хочу уехать от них.
Дорогуша, но ведь они просто неNхотели сделать тебе больно...
А почему бы тебе не начатьNпаковать вещи на кухне?
А я закончу с этой комнатой.
Моя дорогая Пэрслин, я поправляюсь
и с нетерпением жду встречи с тобой.
В наших краях времяNсловно стоит на месте,
но уж слишком много его прошло,
и мне так много надо рассказать тебе.
Я всегда пишу тебе письма, но уNменя не хватает смелости их отправить.
Я хочу, чтобы они остались у тебяNи ты могла бы узнать всю правду.
Я хочу, чтобы ты знала, кто твой отец.
Я хочу, чтобы ты знала,Nчто только я одна виновата в том,
что он тебя до сих пор не видел.
Я написала эту песню для вас обоих.
Мое сердце - одинокий охотник.
Сердце - одинокий охотник.
Милочка, а куда положить стаканы?
Что случилось?
Как ты мог все этоNвремя говорить о ней
и ни разу не рассказатьNмне все до конца.
Это правда?
Твои песни тронулиNмою душу. Бобби Лонг.
Ты знаешь, я всегда это подозревал,
но она никогда мне этогоNне говорила прямо.
И я любил ее до этого.
А потом здесь появился Бобби,Nи все перевернулось с ног на голову.
Бобби был все еще женат.
Он даже никогдаNне знал, что она чувствует.
Она так стараласьNсоскочить с выпивки.
А когда вылечилась, приехала сюда
с большим концертом,Nс <<Воющими Волками>>.
Это?
Да, тот самый день.
Она сказала, что бабушкаNприведет тебя на концерт.
Но ни ты, ни БоббиNна концерт не пришли.
Она была просто убита горем.
Просто убита.
Моему любимому Бобби.
Мне намного лучше,Nи я возвращаюсь с концертом домой,
чтобы спеть тебе свою новую песню.
Пожалуйста, приходи.NТам будет один человек,
которого я очень люблю,Nи я тебя с ним познакомлю.
Это она о тебе, милая.
О тебе и Бобби.
Я...
просто не могу в это поверить.
Зачем ты пьешь эту дрянь?
Она же тебя убьет!NРазве тебе мало примера Лоррейн?
Господи, иногда меня от тебя тошнит.
Ты живешь в каком-тоNфантастическом мире, где
жизнь - это книга, и никтоNне отвечает за ее содержание.
Все знают, что в книгахNвсе лучше, чем в жизни.
От того они и книги!
Пэрси, если хочешьNругаться, то иди прямо
до упора мимо нас.
А когда закончишь, приходи,
поговорим по-семейному.
По-семейному?
И все будет, как в той семье,Nкоторую ты развалил?
Или как в этой семье?
Самое интересное, что,Nесли верить Лоррейн,
я и есть твоя семья.
Ты что, уже разучилсяNдо девяти считать?
Знаешь, я никогда не понимала,Nпочему она хотела,
чтобы я пожила с вами, но...
Ты ведь мой отец.
Я...
Я просто...
Ты ее любил?
Я спрашиваю, ты ее любил?
Да, очень. Но я просто...
Я бы хотела никогдаNоб этом не узнать...
Нет, Пэрси, не уходи.NНе уходи.
Не уходи, Пэрси!
- Поздно!N- Нет, не поздно!
Теперь у тебя есть я.
Ты больше не одна в этом мире.
Позволь мне остаться с тобой.
Что я могу сделать?NСкажи, и я сделаю.
- Скажи!N- Помнишь, я рассказывала тебе,
что когда-то яNпридумывала воспоминания о матери?
-Да.N- Самым трогательным было то,
что я придумывалаNвоспоминания и о самой себе.
Ну, знаешь, родители тоже собираютNвсякие рассказы о своих детях.
Типа, <<а вот наша Сьюзи однажды
сказала <<пиндюк>> вместо <<индюк>>.
-Да.N- Я имею в виду,
что люди, в принципе, помнят многоNвсяких странных вещей.
Ты, наверное, тоже помнишь кучуNисторий о своих детях?
- Ну да.N- Я тоже чувствовала,
что в детстве я говорилаNмного смешных слов.
Просто рядом не было никого,
кто бы их запомнил. Правда?
Милая моя, я был рядом.
Я был рядом. Пусть каждыйNраз недолго, но я там был.
-А ты расскажешь мне о ней?N-Да.
Ты все мне о ней расскажешь,Nдо самых мелочей?
-Да.N-А обо мне?
Потому что теперь мне обязательноNнадо это все знать.
Да.
Я больше не хочуNпродавать наш дом.
Я люблю наш дом.
Прости меня.
Не помню, как завязывается галстук.
Давай помогу.
Черт, старик, у тебя посинела нога.
Я просто разнашивал эти туфли.
Просто онемела, и все.
Я...
Я не хочу, чтобы моя дочьNстыдилась собственного отца.
- Ну, и как я выгляжу?N- Отлично. А я?
Вот так лучше.
У тебя волосы дыбом стоят.
Вот так тоже лучше.
Господи, боже мой, да вы выглядитеNкак добропорядочные граждане.
По-моему, я одет не совсем к случаю.
Нормально ты выглядишь.NТолько ширинку застегни.
Давай. А то опоздаем.
Ну, готовы увидетьNнашу выпускницу?
Да.
Этот день надо считатьNДнем благодарения.
Да. Да!
Все успокоились. Успокоились.
Я бы хотел предложить тост.
За мою прекрасную дочьNПэрслин Гомини,
за мою золотую девочку.
Сесил сегодня сказал,Nчто сегодня День благодарения.
И сегодня я смотрю, что вокруг меня
многие из тех, комуNя раньше не доверял.
Я благодарен Господу,Nкоторый показал,
что он не поставил на мне крест.
Я благодарен ему за возвращенную мнеNлюбовь моего ребенка,
который этой осенью, бог даст,
поступит в колледж.
И это не будет какой-тоNзаштатный колледж для тупых.
Моя девочка умна.NОна умнее своего папы.
Это точно. Пэрси, ты преподнесла мне,Nстарому дураку, пару хороших уроков.
И говоря словами Томаса Элиота...
"Мы не устанем стремиться вперед.
И в конце нашихNстранствий мы прибудем туда,
откуда мы отправились в путь,
и вновь познаем это место".
Именно этому ты научила своего отца.
За что он и будет тебеNвсегда благодарен.
Так вставай рядом, и станцуемNс тобой алабамскую джигу. Давай.
Ну, а теперь сыграй тот медленныйNтанец, о котором я просил.
Мы ушли на рыбалку.NЖдем на берегу.
В своем движении по реке времениNнекоторые люди достигают места,
за которое им заплыть не суждено.
Места, где жены и работыNсталкиваются со страстями,
с непознанными рифамиNи невидимыми порогами.
Чтобы понять, что написать в книге,Nнадо увидеть невидимое.
Так говорил Бобби.
Он хотел жить в мире,Nнаселенном невидимыми людьми.
Теми, мимо которых мы проходим,Nне замечая их каждый день.
Теми, какими мы когда-нибудь станем.
Теми, что живут в книгах, которых можноNувидеть лишь оком ищущего разума.
Он был человеком,Nкоторый ломился через жизнь,
а не обходил ее стороной.
Он верил, что кратчайшая дорогаNв рай лежала через ад.
Но истинная природа егоNнедостатков была в том,
что его ум был одновременноNобогащен и изуродован
огромным количествомNкнижных историй.
Именно его ум выбрал тот путь,Nкоторым он прошел по жизни.
Трагическим недостатком Бобби ЛонгаNбыла его влюбленность в то,
что он видел своимNвнутренним взглядом.
И если мы верим в некиеNпосмертные воздаяние и справедливость,
то для Бобби Лонга ими стала песня.
Лоусон Пайнз,N<<Любовная песня для Бобби Лонга>>
Лоррейн Уилл
Бобби Лонг
И если бы я писал эпитафии,
то для себя я бы тожеNвыбрал короткую фразу.
Я бы написал на своем надгробии,
что я сталNжертвой любовной ссоры с этим миром.
Роберт Фрост.